В этот момент легкое дыхание бриза, повеявшего с юга, пронеслось в окружающей нас атмосфере… Глаза факира засверкали.

— Это ветер моей родины… Чувствуешь ли ты его? Его аромат принес мне столько воспоминаний…

И он задумался. Очевидно, перед его духовными очами проходили картины его родного берега, таинственных подземелий пагоды Тривандерама, где его учителя-брамины посвятили в тайны своей науки.

Вдруг он поднялся и приблизился к той же вазе, над которой он уже проявил вчера свою силу. Ваза была до краев наполнена водою, факир простер над ней свои руки, не касаясь воды, и замер в этой позе.

Я подошел поближе, желая посмотреть, что будет дальше.

Не знаю, или он был, как говорится, не в настроении, или же его «фокус» был плохо подготовлен, но только прошел уже почти час, а и вода, и факир были все в том же положении.

Я уже отказался от мысли увидеть что-нибудь интересное, как вдруг вода покрылась легкой рябью, точно на нее дунули. Опершись руками на край вазы, я почувствовал легкую свежесть, потянувшуюся от воды, и брошенный мною на неподвижную доселе поверхность воды лепесток розы тихо поплыл к другому краю вазы.

Мало-помалу вода заколыхалась сильнее и сильнее и, наконец, забурлила, как на самом сильном огне. Волны уже перекатывались через распростертые руки факира и несколько всплесков поднялись фута на два над уровнем.

Я попросил Кавиндасами отнять руки, и кипение воды начало утихать, точно котел отодвинули от сильного огня, но лишь Кавиндасами протягивал руки, как волнение усиливалось.

Я внимательно следил со всех сторон, велел сдвинуть вазу с места и вылить из нее воду, осмотрел пол террасы, перевернул вазу кверху дном, чтобы посмотреть, нет ли в ней какой-нибудь пустоты. Факир смотрел с полнейшим равнодушием на мои поиски, но я ничего не открыл. Воистину, он был ловкий фокусник.

Последняя часть сеанса оказалась еще интереснее. Факир попросил у меня какую-нибудь палочку. Я дал ему обыкновенный неочиненный карандаш, который он опустил на воду. Движением руки над водою он заставил карандаш вертеться в разные стороны, точно стрелку компаса. Через несколько минут факир коснулся пальцем карандаша, и тот начал медленно тонуть и опустился на дно вазы.